Category: искусство

«Группа Пяти»: утраты и открытия. Статья к каталогу выставки, январь 2016 г.

Небольшая выставка художников «Группы пяти» в самом начале 2016 года – это первое приближение, своеобразный эскиз большого художественного проекта, амбициозной идеи повторить знаменитую выставку последнего объединения в «эпохе художественных объединений» отечественного искусства довоенных лет – группы Л.И. Аронова, М.В. Добросердова, Л.Я. Зевина, А.И. Пейсаховича и А.И. Ржезникова, которая проходила в 1940 году. Выставка «Группы пяти» 1940 года стала значительным явлением культурной жизни Москвы, и сегодня в воспоминаниях, свидетельствах и искусствоведческих исследованиях до нас доходят сведения о ней, освещая различные аспекты творчества этих замечательных художников. Нам хотелось бы подчеркнуть значимость личного пространства, интимную искреннюю интонацию искусства этого объединения, которое так контрастировало с интонацией подавляющего большинства деятелей советской культуры конца 30-х годов. Впрочем, выставка «Группы пяти» сегодня призвана не столько продемонстрировать в полной мере творческое наследие пяти художников – у нас, к сожалению, нет такой возможности, – но в первую очередь поставить вопрос о судьбе культурного наследия в современном мире, о значении и актуальности этого наследия, о возможностях его выживания: инструментах собирания и сохранения наследия зачастую очень трагической и горькой судьбы. Художественное наследие Л.И. Аронова и М.В. Добросердова было бережно сохранено в их семьях; почти все работы А.И. Ржезникова оказались в музеях и практически не появлялись на выставках с 1968 года, их демонстрировали только коллекционеры, выставлявшие уцелевшую от музеефикации графику; наследие Л.Я. Зевина – его работы и архив – появилось буквально из ниоткуда в позднесоветские годы благодаря титаническому труду и увлеченности племянника художника, М.Б. Жислина. Сегодня, когда Михаил Борисович ушел из жизни, судьба наследия снова не определена. Несмотря на большие усилия и многолетние поиски, наследие замечательного, действительно выдающегося художника А.И. Пейсаховича до сих пор остается для нас terra incognita, оно известно только по старым черно-белым каталогам. Мы надеемся, что наша выставка послужит еще одним способом, возможностью для хранителей его работ откликнуться, окажется своеобразным «посланием в бутылке» всем тем, кто небезразличен к живой, «неупорядоченной» истории культуры, и нам вместе удастся совершить все те открытия, о возможности которых рассказывает выставка.

Летом 2009 г. в залах Московского союза художников на Китай-городе открылась выставка Льва Ильича Аронова (1909–1973), приуроченная к его столетнему юбилею. Картины, которые с 1973 года не выставлялись и всё это время бережно хранились детьми художника, Вадимом Львовичем Ароновым и Валерией Львовной Ермоленко, и десятилетиями не покидали стен (шкафов и антресолей) нашей московской квартиры, в новом оформлении, многие после реставрации, встречали гостей экспозиции.
Одновременно с этим по удивительному совпадению в соседнем переулке, в галерее «На Чистых прудах», открылась выставка ближайшего друга Аронова и его соратника по «Группе пяти» Льва Яковлевича Зевина (она называлась «Другие песни тридцатых»). Зевин и Аронов вместе преподавали в конце 1930-х в Художественном училище памяти 1905 года, вместе ушли добровольцами в московское ополчение в начале войны. Лев Ильич часто рассказывал о том, что обязан Зевину жизнью: в ополчении у Аронова началось катастрофическое обострение язвы желудка. Его друг Лев Зевин убедил командиров отправить больного в госпиталь. Оттуда Аронова перевезли в больницу в Москву. Лев Зевин погиб в 1942 году в рядах ополчения. В нашей семье хранился этюд Зевина, несколько его рисунков и память о том, чем мы обязаны этому замечательному человеку. На этой выставке состоялось знакомство с хранителем наследия Льва Яковлевича Зевина – Михаилом Борисовичем Жислиным. Мы очень быстро подружились и следующие несколько лет вместе работали с архивами Зевина.
Мы поставили себе цель однажды провести большую совместную выставку и подготовить издание. Появилась амбициозная идея воссоздать выставку «Группы пяти», прошедшую осенью 1940 года. В 2010 году мы начали активную совместную работу над этим новым проектом.
История художественного наследия выдающегося живописца Льва Яковлевича Зевина (1903–1942), ученика Шагала и Малевича в Витебске, аспиранта Фалька во ВХУТЕМАСе в Москве, весьма примечательна. Зевин был признанным мастером в 1920–1930-е годы. В 20-е он входил в несколько важных художественных объединений и был инициатором создания некоторых из них; в 30-е не изменил себе и, несмотря на политическую конъюнктуру, продолжал развивать свой собственный художественный язык. В 1941 году Лев Яковлевич ушел добровольцем на фронт и погиб под Вязьмой в 1942-м. В силу тяжелейших обстоятельств военного и послевоенного времени большинство работ этого замечательного художника были утрачены.
В 1970-е годы племянник художника – Михаил Борисович Жислин – начал интересоваться судьбой картин. Он нашел на чердаке мастерской художника несколько холстов. В разное время в этой мастерской (верхний этаж дома на Тверской улице) были обнаружены еще несколько работ, которыми с свое время укрепили пол в коммунальной квартире. Несколько акварелей оказались у соседей (соседка-старушка нашла на помойке стопку рисунков и забрала себе; умирая, она завещала их соседке по коммунальной квартире). Потом произошло открытие – холстами на подрамниках и картонами была укреплена шахта лифта в этом доме…
На свет появилась коллекция из 129 исчезнувших работ (изначально в семье хранилось только 18), в позднесоветское время их периодически выставляли музеи, они были очевидным открытием. Вся работа с наследием держалась на энтузиазме и личных связях Михаила Борисовича. Видимо, сегодня, когда М.Б. Жислина и многих других настоящих подвижников и энтузиастов-исследователей уже нет в живых, для наследия художников 1920–1930-х наступает новая эпоха: интерес к нему растет, но вместе с этим мы утрачиваем чувство сопричастности судьбам и идеям художников – многое осталось незаписанным, забытым, многие коллекции распадаются.
Сегодня мы не знаем точной даты образования «Группы пяти» – творческого неформального объединения живописцев, возникшего в конце 1930-х годов. Мы можем только предполагать мотивы появления этой группы, ее лидеров и тот резонанс, который вызвала выставка объединения в Москве в 1940 г. Она определенно была значительным явлением в художественной жизни того времени, об этом свидетельствуют большие статьи известных искусствоведов – Николая Щекотова в «Творчестве» и Осипа Бескина в «Искусстве» за 1940 г. – и несколько заметок об открытии выставки в прессе. В архиве Л. Зевина частично сохранился большой текст статьи А. Гиневского (видимо, неопубликованной) с подробным анализом работ пяти художников на выставке. В этом же архиве сохранилась единственная фотография экспозиции выставки, по ней нам удалось идентифицировать и датировать некоторые работы Л. Зевина. Поиски статей в библиотеках, находки в архивах, датировка работ – все это приносило нам большую радость и вдохновение. Одним из исследователей был молодой искусствовед М.М. Тренихин, недавно защитивший кандидатскую диссертацию по анализу творчества художников «Группы пяти».
«Группа пяти» – единственный пример творческого объединения в Москве после создания МОССХа в 1932 году. «Групповые выставки в МОССХ были задуманы, чтобы дать возможность проявиться с полной свободой существующим в нем творческим течениям, но пока что мы знаем одну только групповую выставку, которая на самом деле имела известное принципиальное обоснование, позволяющее характеризовать работы ее участников как выражение определенного течения. Это скромные художники. Мы говорим скромные не в отношении их личного обихода, а в смысле того, как они смотрят на свое искусство. То, что среди выставленных ими работ почти нет таких, которые были бы написаны на какой-нибудь значительный сюжет, – это не случайность и не принципиальное уклонение от выполнения одной из важнейших задач советского искусства, но проявление честного их отношения к своему делу. Это покажется, может быть, странным, но это так».
Характер статей о выставке – безусловно положительный, как бы дающий значительный кредит доверия пяти художникам и их совершенно лишенному идеологической окраски искусству.
«На той ступени своего творческого развития, на которой они в настоящее время находятся, они еще не чувствуют себя достаточно вооруженными для создания картины большого общественного значения. Они считают, что высокой и глубокой мысли художника обязательно должны соответствовать и совершенные средства выражения. Единство идейного содержания и формы выражения этого содержания – основной для них закон подлинного художественного творчества. Какое бы то ни было нарушение этого закона есть преступление в их глазах, так как этим открывается возможность для подмены подлинного искусства псевдоискусством.
Процессу созревания художественного образа в душевном роднике они придают исключительное значение. В силу этого они рассчитывают на зрителя, который познает художественное произведение не столько извне глазом, сколько изнутри – сердцем. Эмоциональное начало выдвигается в их работах на первый план, и, поскольку колорит является, как известно, особенно сильным выразителем эмоций, он служит главным средством в их руках для создания художественного образа» (Щекотов Н. «Группа пяти» // Творчество. 1940 г. № 12. )
Что касается статьи Осипа Бескина (Л. Зевин и О. Бескин встречаются вместе на групповых снимках молодых художников Витебска начала 1920-х – они знакомы давно) и неоднозначной сегодняшней репутации этого критика как автора знаменитой книги «Формализм в живописи» 1933 года, нам остается только гадать, что действительно имел в виду О.М. Бескин такой очевидной поддержкой относительно левого, неидеологизированного искусства. Стоит отметить, что Бескин – автор статьи к каталогу персональной выставки 1968 года погибшего на фронте Арона Ржезникова. Может быть, одиозные, очевидно черные или белые персонажи истории при ближайшем рассмотрении оказываются сложнее и многограннее, чем мы привыкли считать?
Возможно, в творчестве «Группы пяти» Союз художников видел искусство, которое могло быть принято на Западе и представлять там общечеловеческие ценности и идеи Советского Союза? Может быть, проведением выставки объявлялась определенная «оттепель» в доминировании советской идеологии в искусстве? Важно только отметить эти вопросы как значительные для определения тенденций в художественной жизни 1930-х; как локальное явление выставка «Группы пяти» свидетельствует о неоднородности процессов в отечественном искусстве того времени.
Анализируя сегодня творчество пяти художников группы, можно говорить о влиянии традиций французского современного им искусства и отдельного огромного влияния Сезанна на московских художников конца 1930-х годов. Основанием тому служат публикации Арона Ржезникова о Сезанне, знаменитые дискуссии Ржезникова «о живописности». Могут быть и другие подходы к пониманию этого искусства, вписыванию художников в общий контекст 1920–1930-х: например, как взаимодействие с культурой авангарда, пересмотр ее правил и законов, полемика с ее манифестами, но в то же время безусловное принятие модернистской традиции, которая распространяется после авангарда в культуре, и в частности в изобразительном искусстве. Возможен подход к искусству группы с точки зрения развития идей реалистической традиции, обретающей свои особенности в 1930-е годы – определенную узнаваемую сумрачность, сдержанность, ориентиры на искусство старых мастеров (некоторые лучшие работы Льва Аронова 1930-х годов непосредственно обращаются к личности Рембрандта). Возможны и многие другие искусствоведческие подходы к анализу и пониманию искусства «Группы пяти», наша сегодняшняя задача заключается в инициации дискуссии, разговора о месте и значении искусства русского поставангарда в современном мире, о его выживании и актуализации его наследия.
В работе над воссозданием выставки «Группы пяти» важным и радостным открытием для нас стало знакомство с дочерью художника Михаила Владимировича Добросердова Татьяной Михайловной, которая бережно сохранила в легендарном доме художников на Верхней Масловке наследие своего отца и периодически выставляла его работы. Татьяна Михайловна Добросердова – художник и преподаватель. Династию художников и педагогов продолжает ее сын – Дмитрий Александрович Добросердов.
Арон Иосифович Ржезников – самый старший и, скорее всего, авторитетный художник в группе. На момент выставки 1940 года он был автором исследовательских статей об импрессионизме, Сезанне и старых мастерах, в которых «стремился доказать необходимость синтеза импрессионистической непосредственности восприятия природы, сезанновской композиционной конструктивности и тонально-световой обобщенности и предметности старых мастеров». Его характер, воля, смелость, искренняя любовь и интерес к искусству сформировали вокруг него объединение друзей, последователей и учеников (И.М. Рубанов, М.Т. Хазанов, В.Н. Руцай и др.). В сложные 30-е годы его стремление отстоять достижения новой французской живописи вызывало жаркие дискуссии, о которых впоследствии вспоминали многие художники.
Арон Иосифович погиб на фронте в 1943 году, его наследие сохранила семья художника В.Н. Руцая. В 1968 году прошла персональная выставка Ржезникова, после чего почти все работы были переданы в музеи и с тех пор практически не выставлялись. Огромной удачей для нас оказалась помощь знаменитого коллекционера Юрия Михайловича Носова, предоставившего рисунки А.И. Ржезникова из своей коллекции.
Несмотря на почти полную музеефикацию наследия А.И. Ржезникова, у нас сегодня нет инструмента выявления его работ в музеях и галереях, нет возможности консолидировать усилия всех заинтересованных сторон – музеев, коллекционеров, семьи художника, исследователей – в работе с наследием Арона Иосифовича, такая задача даже не ставится. Стоит отметить, что отсутствие возможности собрать наследие хотя бы в виртуальном виде наносит большой вред малоизвестным и малоизученным художникам, навсегда вытесняя их идеи и достижения из культурного контекста, в котором развивается современная Россия.
Поиски наследия Абрама Израилевича Пейсаховича (1905–1983) до сих пор не привели к какому-либо результату. Мы уже привыкли к чудесным совпадениям, неожиданным встречам и постоянному везению, поэтому сам факт, что от достаточно известного художника, преподавателя, у которого была семья и дети, остался только один крошечный этюд, подаренный когда-то автором Л.И. Аронову, и несколько работ в запасниках ГТГ и Вятского художественного музея, не дает нам возможности остановить поиски, несмотря на то что это типичная печальная судьба наследия многих отечественных художников XX века. Мы продолжаем надеяться, что его работы когда-нибудь все-таки найдутся.
Конечно, вокруг поисков и исследования художественного наследия и архивов «Группы пяти» появились и появляются очень интересные находки работ художников, связанных с ее участниками только дружескими отношениями, взаимной симпатией, переплетением судеб, родственными связями и т.п. В одной семье хранились работы Льва Ильича Аронова, Николая Ивановича Прокошева и Лидии Николаевны Агалаковой, этюды Николая Михайловича Ромадина и Семена Афанасьевича Чуйкова, Павла Владимировича Иванова и Аркадия Осиповича Гиневского, чья частично утерянная рукопись статьи о выставке «Группы пяти» стала основой исследования Ольги Осиповны Ройтенберг о Л. Зевине в ее основополагающем труде о плеяде отечественных художников 1920–1930-х годов «Неужели кто-то вспомнил, что мы были…» (М.: Галарт, 2008). Важны имена художников Фриды Ефимовны Рабкиной, Моисея Александровича Фейгина, Моисея Тевелевича Хазанова, Елены Ильиничны Родовой, Михаила Григорьевича Ранкова, Евгении Алексеевны Малеиной, Исаака Давидовича Дризе, Константина Гавриловича Дорохова, Николая Андреевича Лакова, Аркадия Сергеевича Ставровского, Александра Александровича Поманского, Михаила Ефремовича Горшмана, Ирины Александровны Жданко, Леонида Павловича Зусмана, Иосифа Менделеевича Рубанова и многих, многих других. Такие «родственные», иногда достаточно случайные связи позволяют сегодня достоверно восстанавливать и интерпретировать сведения об уже мифической эпохе русских 1920–1930-х, подчеркивая полифоническую структуру этого периода – созвучие художественных языков, зачастую противоречащих друг другу по своим творческим задачам и методам их реализации, но в целом создающих удивительную общую гармонию сочетаний. Это именно та интонация, которая могла бы представлять русскую культуру и историю XX века не как историю поражения авангардных утопических идей и торжество соцреалистического искусства, обслуживающего интересы тоталитарной власти, но как ветвь мировой модернистской культуры, имеющей интернациональные черты, не прерывавшейся в России, существующей и актуальной сегодня.
Эти связи ведут дальше, включая в поле нашего интереса исследователей, хранителей наследия, искусствоведов, коллекционеров, которые в разное время становились причастными к судьбе работ художников, несмотря на огромные трудности сохраняли наследие, верили в его будущее и, по сути, спасали работы как в идеологически ангажированную советскую эпоху, так и в не менее (а зачастую и более) трудные «рыночные» постсоветские годы. В истории художников «Группы пяти» останутся имена Вадима Львовича и Нины Александровны Ароновых, Валерии Львовны и Николая Борисовича Ермоленко, Татьяны Михайловны и Дмитрия Александровича Добросердовых, Михаила Борисовича Жислина, Антонины Петровны Берестовой, Вячеслава Николаевича Руцая, Михаила Михайловича Тренихина, Владимира Ивановича Костина, Александра Владимировича Балашова, Юрия Михайловича Носова и многих других.
Представленные сегодня работы, конечно, не претендуют на воссоздание большой выставки «Группы пяти», которая прошла в Москве 75 лет назад. Многое с тех пор безвозвратно утеряно, и наша мечта найти и собрать большую часть той экспозиции едва ли осуществима. За прошедшие шесть лет поисков и исследований мы были свидетелями настоящих открытий и чудес, но мы также пережили много разочарований и неоднократно заходили в тупик, понимая, что нам не удастся восстановить историю во всей полноте. Но, может быть, этого и не требуется – сегодня мы стремимся подчеркнуть идею о том, что история состоит из отдельных уникальных человеческих жизней и судеб, и как бы ни менялись политическая конъюнктура и актуальность той или иной жизненной (или художественной) концепции, искренность, любовь и ответственность перед временем, перед прошлым и будущим, всегда дают нам шанс на выживание.  

Александр Аневский
правнук художника Льва Аронова, 2016 г.

Автопортрет Лидии Агалаковой

agalakova

В 2014 году исполняется 110 лет со дня рождения замечательных художников Николая Прокошева и Лидии Агалаковой. На сайте gruppa5.ru добавлена репродукция отреставрированного автопортрета Лидии Агалаковой 1934 г. Вместе с короткой биографической справкой, взятой из книги О.О. Ройтенберг "Неужели кто-то вспомнил, что мы были...", выложены архивные фотографии 1920-х - 1930-х годов. Сейчас сложно понять, кто на фотографиях - друзья, родственники?

http://gruppa5.ru/bios/agalakova

http://gruppa5.ru/galleries/agalakova

В биографии Агалаковой у О.О. Ройтенберг есть ссылка на статью о творчестве Михаила Афанасьевича Демидова (1885-1929), опубликованную в "Панораме искусств" №13. М.А. Демидов - значительный вятский художник, преподаватель, участник чуть ли не всех художественных процессов, происходивших в Вятке в 1920-е. Его ученицей и музой была Лидия Агалакова, сохранились портреты Агалаковой работы Демидова. Надеемся, фотографии этих портретов и вообще работ Демидова скоро появятся в общем доступе.

agalakovaphoto1
На фотографии: Лидия Агалакова (сидит) в компании друзей. 1920-е - 1930-е 

Михаил Ксенофонтович Соколов

_MG_6964правнук художника Льва Аронова о чудесах, связанных с Михаилом Соколовым: "...уже несколько раз жизнь таинственным образом в той или иной форме приводила меня к наследию великого (правда великого!) художника Михаила Ксенофонтовича Соколова. С одной стороны – это очень известный художник, представленный в экспозициях многих приличных музеев у нас и т.д. с другой – тонкий, настоящий, искренний и чудесный художник, о котором невозможно говорить как-то громко или слишком формально.  К сожалению, не могу сказать, что работы Соколова легко увидеть в ретроспективе или в какой-то условной полноте, лучше всего он представлен коллекцией музея республики Каракалпакистан в дальнем углу Узбекистана – так вышло. но:

Чудо №1  мы устраивали выставку художника Льва Аронова, это мой прадедушка, очень хороший художник, - в художественном училище памяти 1905 года, потому что Аронов там преподавал в конце 1930-х и в 1940-е. Я знал, что там же преподавал Михаил Соколов, которым я восхищался. Мне было удивительно, показалось настоящим чудом, когда на этой ароновской выставке в училище мы познакомились с замечательными молодыми художниками, искренними, открытыми, у которых наследие Соколова и Аронова вызвало настоящий правдивый интерес, мне померещилась какая-то преемственность, какая-то связь между такими фантастически разными эпохами… Мы дружим со студентами до сих пор, пытаемся затевать какие-то проекты, Саша Балашов делал там несколько публичных лекций о художниках-преподавателях Училища в 1920-е – 1930-е годы.

Чудо №2 Конечно, я часто думал, ну почему прадедушка не рисовал, как Соколов, ведь они жили почти в одно время, соколовское влияние ощущаю даже я сегодня, хотя я не рисую и не собираюсь, а прадедушка?! Он был совсем другой… В общем, разбирая, графику Льва Аронова, это было через год наверное после выставки в Училище,  мы наткнулись на рисунок Михаила Ксенофонтовича Соколова! Да, не лучший, порванный, «типичный», но для меня это было конечно больше, чем совпадение… Это было чудо!

IMG_1674Чудо №3 Примерно год назад увидел у друга книгу «Михаил Соколов в переписке и воспоминаниях современников», не стал брать почитать, а решил ее купить, сейчас ведь несложно найти все, что угодно. Я искал эту книгу год!! сначала просто завел традицию спрашивать в книжных, в музейных магазинах, потом стал заказывать, периодически прочесывал интернет и букинистические. Ну может быть я преувеличиваю – не прочесывал, а искал. Книги нигде не было. Несколько дней назад в почте, которой я почти не пользуюсь, нашел письмо двухмесячной давности от человека, который готов был продать мне чуть ли не весь тираж этой книги!! Он нашел меня случайно по упоминанию Соколова в моем жж. Цена книги – 100 рублей. Ко мне пришел милый человек с тележкой. Мы решили, что можем купить несколько коробок, чтобы раздать всем нуждающимся или заинтересованным – ведь нигде: ни в третьяковке, ни в русском музее, ни даже в каракалпакистане нет этой книги (на сегодняшний день насколько мне известно). Я не знаю, как сделать так, чтобы… память о чем-то хорошем, какое-то важное свидетельство о красоте, благородстве, страданиях, вообще о чьей-то не зря прожитой жизни не шло как камень на дно, а находило бы отклик. Неважно, об искусстве речь или о философии, науке, религии, - о чем угодно; речь – о человечности.

Короче говоря, если кому-то нужна, также как мне была нужна, книжка про художника Соколова, она вроде появилась на озоне сейчас за 72 рубля, ну и я могу продать ее за 100 рублей или подарить, мне будет приятно. Если кому-то будет любопытно посмотреть этого художника в новой Третьяковке, в Ярославском музее или в Нукусе или даже просто в интернете – думаю, он вам очень понравится!"

6 марта 2014 г.

Узбекистан. Нукус. Государственный музей искусств имени И. В. Савицкого. май 2012. Часть 5

В предыдущих записях о Музее я выложил почти полную картину того, что же висит на стенах в постоянной экспозиции. Я надеюсь, никто из заинтересованных музейщиков на меня не обидется за такой полный отчет, уверен, Музею на своем сайте стоит вообще-то в ближайшее время выложить фотографии большей части своей коллекции в пристойном качестве, от этого никто не пострадает, только все выиграют, а фотографии, представленнные здесь - убогие и ничего не передающие. Я прошу прощения за сентиментальные замечания к фотографиям, поверьте это отчистого сердца. Если есть какие-то возражения или сомнения - я конечно уберу лишнее.
Снято все, кроме нескольких кадров - нет большого натюрморта с маской Ставровского (на стенах не было его потрясающей работы "Брюшной тиф"), нет живописи Суряева - она висит над лесницей, и ее плохо видно. Кажется, все. Действительно, мы совершенно не смотрели скульптуры... уверен, нам нет оправдания, но так получилось. Я не видел Меера Айзенштадта, его бы я узнал. Конечно надо было внимательно посмотреть каждую скульптуру, но... когда кругом такая живопись...
Мне трудно делать такой подробный отчет о Нукусском Музее им. И.В. Савицкого - в первую очередь я делаю его для себя, есть море некачественных фотографий, которые только как в замочную скважину позволяют заглянуть на сегодняшний день чуть ли не в самый лучший музей русского искусства 20 века. ГТГ в Москве выглядит печальной пустыней искусства, никого нет, в залах грустно. Хотя ситуация немножко меняется, проходят очень удачные (бывают и неудачные, это все отдельная тема) выставки, в ГРМ в Санкт-Петербурге самая большая коллекция художников 20 века, но экспозиция - очень скудная. В Нукусе - плохое оформление, картинам тесно, не  хватает места, не висит, то, что обязательно должно висеть, но вцелом это очень хороший музей, там сделан максимум усилий для представления искусства на должном уровне. И самое главное вокруг Музея есть легенда, с каждым годом обрастающая новыми подробностями, открытиями, сплетнями, сомнениями и, самое главное, о нем узнает как о чуде все больше людей. Я уже писал, что на смену эгоистическому желанию забрать коллекцию в Москву и открыть самый лучший музей в России пришло понимание того, что у всего, даже у возникновения музея русского авангарда и свободного искусства 1920-х - 1930-х в пустыне Каракалпакистана есть своя логика. Современные условия требуют постоянного присутствия Нукусского музея как минимум в Москве, нам очень нужны постоянные выставки разных частей коллекции в Пушкинском (каким бы ни был нукусский музей государственным -  все-таки это личная коллекция, личный выбор И.В. Савицкого), в Третьяковке конечно, где угодно. Выставка "Венок Савицкому" в галерее "Галеев" - один из первых, но совершенно не основных шагов в эту сторону. (Кстати, спасибо за выставку!). Короче, самым уместным было бы присутствие Музея им. Савицкого в Москве, Петербурге, где-то еще на постоянной основе - могли бы быть открыты залы в больших государственных музеях, где постоянно менялась бы экспозиция из Нукуса.
После постоянной экспозиции на третьем этаже мы спускаемся на второй. Большая часть отдана под этнографию древних каракалпаков, но есть выставочная часть:

IMG_0722 выставка в Музее имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

"Главная ценность - семья", ну почему бы и нет. Уже отсюда видно Платова, Редько, Комаровского. Платов Федор Федорович:

IMG_0681 Платов Федор Федорович (1895-1967) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Климент Редько. Эта смешная иконоподобная работа называется "Материнство" и замечательный художник, которого не было наверху в постоянной экспозиции - Владимир Комаровский, тоже иконописец.
IMG_0682 Редько Климент Николаевич (1897-1956) и Комаровский Владимир Алексеевич (1883-1937) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Надежда Кашина - 1961 год, совсем другая история...
IMG_0684 Кашина Надежда Васильевна (1896-1977) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

На выставке много работ Елены Людвиговны Коровай, и совершенно неожиданно было увидеть работу Петра Ивановича Котова. Они рядом.
IMG_0687 Коровай Елена Людвиговна (1900-1974) и Котов Петр Иванович (1889-1953) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

-

IMG_0685 Коровай Елена Людвиговна (1900-1974) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Картина Мазеля "Перекачевка" немножко похожа на кадр из мультфильма. Но в 1930-е такие мультфильмы конечно не делали. Интересно, что многие художники как будто уже в первой половине века придумали художественный язык второй половины. Некоторые художники - как быдто иллюстраторы научной фантастики 1980-х, некоторые - суровые нонконформисты 1960-х. Я слышал, что в изобразительном искусстве очень важна приемственность, и вполне возможно, что в любом художнике несложно (или по крайней мере почти всегда возможно) увидеть его учителей и его художественную школу. Если для плеяды московских художников 1920-х - 1930-х имена учителей, гуру и педагогов известны - от Машкова до Шевченко, то дальше эта традиция не так очевидна (по крайней мере для неспециалиста). Преподавал Антон Чирков, Лев Зевин, Лев Аронов, кто-то еще из нового поколения художников поставангарда...
IMG_0686 Мазель Илья (Рувим) Моисеевич (1890-1967) Кашина Надежда Васильевна (1896-1977) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Конечно выставка - это не постоянная экспозиция, некоторые картины вряд ли дождались бы возможности долго висеть на третьем этаже. Но вот работа Алисы Порет, которую я очень хотел увидеть, конечно исключение. Она очень маленькая, в этой компании смотрится странновато. Слева - художник Иванов, внизу художница Полянская...
IMG_0690 Иванов Порет Полянская Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012
Collapse )
Шухаев Василий Иванович (1887-1973). Еще один важный для Нукуса художник, которого нет в постоянной экспозиции.

IMG_0700 Шухаев Василий Иванович (1887-1973) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

-

IMG_0691 Шухаев Василий Иванович (1887-1973) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Художники Уфимцев, Голицын, Тарасов

IMG_0692 Уфимцев Голицын Тарасов Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Художники Надежда Кашина и Анатолий Шугрин (внизу большая картина Шпаде)

IMG_0693 Кашина Надежда Васильевна и Шугрин Анатолий Иванович (1906-1986) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Художник Михаил Курзин, очень красивый

IMG_0696 Курзин Михаил Иванович (1888-1957) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

В уголочке маленькие работы Валентины Марковой и Николая Ульянова

IMG_0697 Маркова Валентина Петровна и Ульянов Николай Павлович (1875-1949) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Художники Хабарова, Лепесов

IMG_0698 Хабарова, Лепесов Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

И вот художник, ради которого мы ехали в Нукус, и не нашли его в постоянной экспозиции - Павел Васильевич Суриков - очень хороший художник. Действительно, все так и оказалось.

IMG_0699 Суриков Павел Васильевич (1897-1943) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Графика на выставке висит отдельно от живописи. Елена Людвиговна Коровай:

IMG_0701 Волков Александр Николаевич (1886-1957) Коровай Елена Людвиговна (1900-1974) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Елена Коровай и Александр Волков

IMG_0702 Коровай Елена Людвиговна (1900-1974) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Елена Коровай, Надежда Кашина, Фаворская-Шаховская

IMG_0703 2 Коровай Над Кашина Фаворская-Шаховская Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Надежда Кашина

IMG_0704 Кашина Надежда Васильевна (1896-1977) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Надежда Кашина и Михаил Курзин

IMG_0705 Курзин Михаил Иванович (1888-1957) и Кашина Надежда Васильевна (1896-1977) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Михаил Гайдукевич и Лев Жегин

IMG_0707 Гайдукевич Михаил Захарович (1898-1938) и Жегин (Шехтель) Лев Федорович (1892-1969) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012
Collapse )

Еще Жегин

IMG_0713 Жегин (Шехтель) Лев Федорович (1892-1969) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

-

IMG_0712 Жегин (Шехтель) Лев Федорович (1892-1969) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

-

IMG_0711 Жегин (Шехтель) Лев Федорович (1892-1969) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Единственная работа Меера Моисеевича Аксельрода во всей экспозиции Музея

IMG_0708 Аксельрод Меер Моисеевич (1902-1970) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Знаменитый рисунок Климента Редько

IMG_0709 Редько Климент Николаевич (1897-1956) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Нина Кашина. Вообще детская тема для советского искусства особенно 1930-х - кажется чем-то... слишком типовым. Там, где пионеры, детские сады, пухлые ручки - художники вступают на спокойную, всеми любимую и понятную территорию. С другой стороны конечно есть огромное количество удач в этой теме - от Тырсы и Бруни (кстати, я его не видел в Нукусе) до Зевина и Аронова.

IMG_0710 Кашина Нина Васильевна (1903-1987) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012
-

IMG_0715 Кашина Нина Васильевна (1903-1987) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

-

IMG_0716 Кашина Нина Васильевна (1903-1987) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

-

IMG_0719 Кашина Нина Васильевна (1903-1987) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Антонина Федоровна Софронова, рисунок 1935 года

IMG_0714 Софронова Антонина Федоровна (1892-1966) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012 1935

Два рисунка Ефросиньи Ермиловой-Платовой. Мне очень нравится эта художница, в Москве я видел несколько (две) ее работы на выставке "Поставангард..." в МАММ, теперь очень жду ее большую выставку, это очень значительное явление в русском искусстве, о котором мало кто знает к сожалению.

IMG_0717 Ермилова-Платова Ефросинья Федосеевна (1895-1974) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

-

IMG_0720 Ермилова-Платова Ефросинья Федосеевна (1895-1974) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Последняя фотография стены Музея им. Савицкого, последняя картинка с выставки - Владимир Милашевский, в постоянной экспозиции его нет, живописи его нет, ну вот - рисунок, спасибо! Я недавно читал его воспоминания "Вчера, позавчера", известная книга, изданная давно еще при старом режиме, кажется, еще при жизни Милашевского. Очень одаренный художник, талантливый писатель, он казалсе мне и моим друзьям заносчивым, каким-то несимпатичным, неприятным человеком. Когда мы начали думать об этом - все поколение (хорошо, многие из поколения) художников 1920-х - 1930-х показались нам довольно суровыми, ироничными, недобрыми, очень требовательными людьми - все те, кто пережил лишения первых советских лет, репрессии тридцатых, войну, репрессии сороковых, полное крушение революционных идей их молодости, полную нищету, безвестность, изоляцию, поражение их творческих идей, поражение от самой дрянной вульгарной части художественной среды - от всяких Герасимовых и Кацманов.., люди (многие, большинство) пережили наконец потерю своего творческого языка, не смогли в зрелом возрасте развить идеи своей юности. После таких страшных ударов судьбы сложно стоять на ногах, вообще оставаться живым. Так ценен пример художников, плодотворно работавших в 1950-е, 60-е, 70-е. Леонид Зусман, Федор Семенов-Амурский, Василий Коротеев, Сергей Романович и т.д. А личные качества этих людей пускай сгладит время, оставит для нас толпу молодых веселых художников, которых ничто не может остановить.

IMG_0756 Нукус, май 2012

Узбекистан. Нукус. Государственный музей искусств имени И. В. Савицкого. май 2012. Часть 4

В Государственном Русском Музее в Санкт-Петербурге графика русских художников 20 века отсутствует в постоянной экспозиции как класс, в Музее им. И.В. Савицкого графику смотреть не менее интересно, чем живопись, ей отведены отдельные большие залы. Основной ряд художников - тот же, но, конечно, выглядит это все совершенно по-другому. Другой Соколов, другая Софронова, другой Курзин (!), Ечеистов, добавляется Чекрыгин, Жегин и т.д. Конечно, фотографировать через стекло - дело неблагодарное, но в этом отчете вообще все фотографии очень низкого качества, они только дают слабый намек и просто перечисляют невероятные богатства музея в пустыни... Некоторые, даже многие работы встречаются в альбомах по искусству 1920-х - 1930-х, мы конечно ждем новую версию сайта Музея с подробным описанием и фотографиями экспонатов постоянной экспозиции и всего того, что находится в запасниках. По словам работников Музея на стенах висит 5% коллекции! Целые наследия, целиком все работы некоторых художников хранятся в Нукусе, от многих художников именно лучшее находится в Нукусе, все это требует внимательного изучения и, в первую очередь, популяризации и какой-то очень тонкой, правильной пропаганды - иначе все это искусство можно будет называть антиквариатом, и мы потеряем (на рынке, в буржуазных очень скучных руках, в запасниках провинциальных и особенно центральных музеев) очень важную часть себя, часть нашей истории - очень светлую, очень честную и чистую, совершенно нами не прожитую, нам неизвестную, в которой мы так нуждаемся сегодня!
Конечно я лично хотел бы, чтобы весь Музей, вся коллекция переехала в Москву и заняла лучшее помещение города, ведь большинство судеб художников, их жизнь так или иначе была связана с Москвой, ВХУТЕМАСом, московскими художественными студиями, северной культурой. Эту коллекцию увидело бы большее число людей, туристов, о ней бы узнали во всем мире. Но после поездки в Нукус я стал спокойнее относится к этому своему (очень эгоистическому) желанию. Мне показалось, что для далекой республики Каракалпакистан жизненно важно иметь такой культурный центр, что-то кроме высохшего Аральского моря, пустыни, важно гордится вниманием западного мира, заботиться о Музее, приглашать специалистов для исследований и пропаганды этого искусства. Сейчас есть все технические возможности для этого, - есть интернет, в Нукус летают самолеты напрямую из Москвы, вообще в Узбекистан легко попасть, там есть еще Хива, Бухара и Самарканд. Необходимо организовывать выставки, благо постоянная экспозиция Музея от этого совершенно не пострадает. Короче говоря, у нас сложилось впечатление, что Музей в каком-то смысле кормит этот небогатый край, местные жители относятся к нему очень серьезно, и легенда о Савицком живет там и развивается. Может быть эти все рассуждения очень наивные, но, даже если Музей дает работу сотне каракалпаков, это достаточно важно для этого края, не знаю...

Графика.

IMG_0675 Графика. Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Графика Михаила Ивановича Курзина мне очень понравилась, показалась даже интереснее живописи. Очень хороший художник!

IMG_0479 Курзин Михаил Иванович (1888-1957). Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012


Николай Георгиевич Карахан

IMG_0480 Карахан Николай Георгиевич (1900-1970). Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Стена Жегина и Георгия Ечеистова. У Ечеистова в Музее была живопись, которую я почти не заметил, графика, особенно знаменитые фигурки - очень... стильные, и это готовая открытка/ плакат/ постер. А Жегин, наоборот, показался глубоким, значительным, серьезным. Чекрыгин ожидается.
-
IMG_0481 Жегин (Шехтель) Лев Федорович (1892-1969) и Ечеистов Георгий Александрович (1897-1946). Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Collapse )

Любовь Попова, знаменитая ее работа "Дома", и Никритин - это действительно настоящий авангард. Вообще, когда друзья говорят о русском авангарде, они имеют в виду именно такое искусство - футуристическое, формальное, до середины (примерно) 1920-х. Туда точно попадает ранние работы например Софроновой и Соколова, но более поздние работы этих же художников - ведь что-то совсем другое, - тоже прорыв, что-то новое, но основанное совершенно на других идеях, скорее противоречащее формальному искусству авангарда. Но авнгард нам, конечно, очень нравится, - с первого взгляда!

IMG_0484 Попова Любовь Сергеевна (1889-1924) и Никритин Соломон Борисович (1893-1965). Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Вот наверное самое святое в Музее - маленькие рисунки Михаила Ксенофонтовича Соколова первой половины 1940-х, которые он пересылал из лагеря. Они все примерно 5 см. Это не авангард, но определенно совершенно запредельное искусство, которое наверняка способно исцелять, призводить разные чудеса, может по праву быть предметом преклонения и паломничества... Так все и происходит.

IMG_0485 Соколов Михаил Ксенофонтович (1885-1947) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Collapse )

Над витриной висит ранняя графика Михаила Соколова, кажется, все - только шедевры.

IMG_0488 Соколов Михаил Ксенофонтович (1885-1947) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Collapse )

Соломон Никритин и Анатолий Прокопьевич Щукин (1904-1935)

IMG_0489 Никритин Соломон Борисович (1893-1965) и Щукин Анатолий Прокопьевич (1904-1935) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Вот художники - Шевченко, Бакулина, Тарасов - что в живописи, что в графике абсолютный идеал. Валентин Михайлович Юстицкий, знакомый мне по альбому группы 13, попался мне на глаза первый раз. Не помню, есть ли работы этого графика на стене ГТГ, там все очень часто и очень интересно меняется, спасибо им большое за залы графики.

IMG_0493 Шевченко Александр Васильевич (1882-1948 Юстицкий Валентин Михайлович (1892-1951) Бакулина Людмила Галактионовна (1905-1980) Тарасов Николай Павлович (1896-1969) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Продолжение этой же стены - Людмила Бакулина и гениальный художник Николай Павлович Тарасов.

IMG_0494 Бакулина Людмила Галактионовна (1905-1980) Тарасов Николай Павлович (1896-1969) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Collapse )

IMG_0497 Тарасов Николай Павлович (1896-1969) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Две работы Владимира Сергеевича Тимирева и две работы Василия Чекрыгина. Недавно разговаривали о Чекрыгине, и девушка говорила о том, что ее вообще пугает Чекрыгин, и учение Федорова - очень опасно для жизни, лучше в это не влезать. Действительно, есть о чем подумать. Чекрыгин очень меня заинтриговал, наверное это один из самых значительных русских художников 20 века, ну что тут еще скажешь?!

IMG_0498 Тимирев Владимир Сергеевич (1914-1938) и Чекрыгин Василий Николаевич (1897-1922) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Collapse )

Николай Тимирев и Ефросинья Ермилова-Платова

IMG_0501 Тимирев Владимир Сергеевич (1914-1938) и Ермилова-Платова Ефросинья Федосеевна (1895-1974) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Николай Тимирев и Михаил Ле Дантю

IMG_0502 IMG_0501 Тимирев Владимир Сергеевич (1914-1938) и Ле Дантю Михаил Васильевич (1891-1917) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Графика Мазеля.

IMG_0503 Мазель Рувим Моисеевич (1890-1967) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Илья (Рувим) Мазель и Юлия Разумовская

IMG_0504 Мазель Рувим Моисеевич (1890-1967) и Разумовская Юлия Васильвна (1896-1987)

Илья (Рувим) Мазель и Сергей Михайлович Луппов - такая же замечательная графика, как и живопись.

IMG_0505 Мазель Рувим Моисеевич (1890-1967) и Луппов Сергей Михайлович (1893-1977)

-

IMG_0506 Луппов Сергей Михайлович (1893-1977) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012


Суряев Константин Николаевич. Его живопись висит высоко над лестницей на третий этаж, чтобы школьникам не бросались в глаза провокационные сюжеты его картин..

IMG_0507 Суряев Константин Николаевич (1900-1965) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Штанге Ирина Дмитриевна. Эта работа называется "Страх", 1945

IMG_0508 Штанге Ирина Дмитриевна (1906-) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Стена графики: Кудряшов Иван Алексеевич (1896-1972), Соколов Петр Ефимович (1886 (82)-1976 (64)), Софронова Антонина Федоровна (1892-1966). Видимо для Нукуса Петр Соколов - очень важный художник, график. Несколько разворотов в книге "Авангард, остановленный на бегу", фотографии, но "Сведениями о художнике авторский коллектив не располагает". В следующем альбоме 2003 года есть биография - (1886-1976) родился и умер в Москве, учился в студии И.И. Машкова в Москве, где жил до 1917 года, В 1919 направлен преподавателем в Воронежский ВХУТЕМАС, в 1920 направлен на Урал, жил в Перми, с лета 1920 - в Екатеринбурге. В начале 1921 уезжает в Пензу, тоже в Пензенский ВХУТЕМАС, в ноябре 1921 возвращается в Москву, где продолжает образование во ВХУТЕМАСе в мастерской Павла Кузнецова. По окончании остается в его мастерской ассистентом.
Вот биография все-таки наверняка того же Соколова из сайта галереи Шишкина: "Русский художник–авангардист. Живописец, график. Учился в частной студии у Ильи Машкова. Брал уроки у Павла Кузнецова. В 1918–1920 работал как ассистент в художественной студии у К. Малевича. Один из организаторов отделения ВХУТЕМАСа в Воронеже (1926). Начал выставляться в конце 1910–х. Был женат на А. Боевой, директоре художественного училища в Екатеринбурге (1920). Под влиянием идей Пролеткульта, а также футуристических идей, вместе они устроили «погром» гипсовых слепков и живописи в колледже. По другой информации Соколов, который работал в Екатеринбурге до ликвидации художественного училища, в первые годы революции приехал в Пензу, где он снова возглавил художественное училище и разбил там гипсовые слепки. П. Соколов известен также как учитель известного советского нонконформиста, художника Владимира Немухина (род. 1925)".
"Совком" в 2007-2009 продает пейзажи Соколова Петр Ефимовича (1882-1964), некоторые из которых датированы 1980-ми.
Нукусская графика этого художника, его живопись из альбома "Авангард, остановленный на бегу", могли бы стать предметом изучения специалистов по истории искусства, можно писать дипломы, диссертации, в биографии художника явно полно белых пятен, с другой стороны из того, что о нем написано, видно - этот человек стоял у истоков создания новой системы художественного образования в России, это очень интересно!


IMG_0509 Кудряшов Иван Алексеевич (1896-1972), Соколов Петр Ефимович (1886 (82)-1976 (64)), Софронова Антонина Федоровна (1892-1966) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Collapse )

В конце залов графики и вообще постоянной экспозиции художников 1920-х - 1930-х на третьем этаже Музея им. И.В. Савицкого снова "восточные художники".

Урал Тансыкбаев

IMG_0515 Тансыкбаев Урал (1904-1974) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Collapse )

Александр Волков

IMG_0520 Волков Александр Николаевич (1886-1957) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

-

IMG_0517 Волков Александр Николаевич (1886-1957) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012


Витрина графики Александра Николаева

IMG_0519 Николаев Александр Васильевич (1897-1957) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

-

IMG_0518 Николаев Александр Васильевич (1897-1957) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012


Александр Волков и Виктор Уфимцев

IMG_0524 Уфимцев Виктор Иванович (1899-1964) Волков Александр Николаевич (1886-1957) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Collapse )

Виктор Уфимцев

IMG_0522 Уфимцев Виктор Иванович (1899-1964) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

-

IMG_0523 Уфимцев Виктор Иванович (1899-1964) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

-

IMG_0521 Уфимцев Виктор Иванович (1899-1964) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

***

Узбекистан. Нукус. Государственный музей искусств имени И. В. Савицкого. май 2012. Часть 3

От поездки в Узбекистан в мае 2012 года осталось море впечатлений и море фотографий. Так получилось, что мы сфотографировали все стены Музея имени И.В. Савицкого в Нукусе, все, что мы увидели произвело на нас огромное впечатление, как мы и ожидали честно говоря. Экспозиция постоянно меняется. Нас очень интересовал художник Николай Иванович Прокошев - его работы хранятся у нас в Москве в доме не одно поколение. Обычно Прокошев висит в постоянной экспозиции, но, когда мы приехали, он реставрировался. Нам выдали справку о всех интересовавших нас художниках (о всех, связанных с группой Пяти). Было приятно узнать, что в Нукусе есть работы Льва Ильича Аронова. Льва Зевина там не оказалось (зато позже мы обнаружили его в Тбилиси, об этом - отдельная история). Сейчас, спустя почти год после поездки пришло время разбирать фотографии, публиковать это все, возможно этот материал не вызовет ни у кого интереса, останется просто архивом нашей увлекательной поездки. Это третья часть рассказа о Музее Савицкого, я стараюсь меньше писать и больше выкладывать фотографий. Может быть их качество так себе, но дает представление о жизни очень известных и важных для нас работ в таком экзотическом месте, как Каракалпакистан.
Важно, что опыт художников 1920-х - 1930-х, которые в такой полноте представлены в Нукусе, нами до конца не прожит, точнее совсем не прожит, для нас это в основном совершенно современное новое свободное искусство, зачастую непонятное специалистам, но очень близкое сегодня моим друзьям. Я даже не имею в виду стилевые какие-то вещи, бодрый советский стиль 1920-х, а глубину, отчаяние, свет в работах Лысенко, Марковой, Луппова, Жегина, Чекрыгина, Козлова, Никритина, Порет, Редько Сурикова и т.д. Ничего не понимая в искусстве, мы сегодня все равно интуитивыно чувствуем в этих художниках мощь и силу, с помощью которой можем жить в действительности 21 века.

Продолжая смотреть Музей, после художников "Бубнового валета" двигаемся дальше. Вот картины, авторов которых я совершенно не помню. Натюрморт с игрушками может быть Зефиров?

IMG_0632 НЕИЗВЕСТНО


Collapse )

Узбекистан. Нукус. Государственный музей искусств имени И. В. Савицкого. май 2012. Часть 2

В первой части рассказа о нашей поездке в Узбекистан и особенно о посещении музея имени Савицкого в Нукусе мы рассказывали о начале нашего путешествия, о том, что в Нукус из Москвы попасть очень легко, ничего страшного, были фотографии улиц, "музейной гостиницы", Музея снаружи. Так получилось, что мы сфотографировали все стены Музея. Мы в Узбекистане - обычные туристы из Москвы, не искусствведы, не специалисты, но люди, очень интересующиеся русским (советским) искусством 1920-х - 1930-х, даже немного "повернутые" на этой теме. Конечно имена и работы Соколова, Софроновой, Шевченко, Истомина, Никритина и т.д. для нас очень много значат, это предметы поклонения и обожания конечно. В первой части этой истории мы опубликовали фотографии стен экспозиции Волкова, Тансыкбаева, Карахана, самого Савицкого и некоторых других, в этой части мы идем по Музею дальше, к сожалению, теперь, почти через год после поездки, когда руки дошли наконец сделать этот маленький отчет, трудно вспомнить расположение залов. На втором этаже Музея, на котором представлена постоянная экспозиция смоветских 1920-х - 1930-х, залы, стенды расположены по кругу, отдельно графика, отдельно живопись, во всем есть логика и смысл, но сейчас к сожалению, трудно это все восстановить, даже имея все фотографии. Смотрим дальше:

Витрина с работами Александра Васильевича Николаева, к сожалению из-за стекла фотографии не получились, но работы - одни из лучших в Музее, огромное впечатление!


IMG_0458 (Александр Васильевич Николаев (1897-1957))
Collapse )
Вокруг витрины Николаева - работы Виктора Ивановича Уфимцева и Елены Людвиговны Коровай. Уфимцев с 1923 года жил в Узбекистане, умер в Ташкенте в 1964. В Москве сейчас он - относительно известный художник в том числе благодаря выставке в галерее Галеев и альбому, изданному этой замечательной галереей. Елена Коровай - член объединения "Мастера нового Востока", жила в Узбекистане с 1923 по 1947 год, на стене ее работа "Бухарские розовые женщины. Утро", как и работы Волкова, Курзина и Уфимцева - символ, такой шедевр творчества художников, живших в Узбекистане в 1920-1930е. Может быть из-за сильного впечатления от маленьких драгоценных работ Николаева, может быть из-за очень плотной развески живопись Коровай и Уфимцева не показались мне лично такими... какими я их ждал, может быть после залов Волкова я уже устал от восточных мотивов этих абсолютно русских, западных художников. Надо обязательно поехать в Музей еще раз и посмотреть внимательней... Уверен, на выставке в Москве это были бы лучшие работы из собрания Музея...

IMG_0554 Коровай Елена Людвиговна (1900-1974) и Уфимцев Виктор Иванович (1899-1964)
-

IMG_0459 Коровай Елена Людвиговна (1900-1974) и Уфимцев Виктор Иванович (1899-1964). Музей им Савицкого, Нукус, май 2012
Collapse )
Надежда Васильевна Кашина. Это гениальный художник. Я буду вспоминать Узбекистан таким, каким я увидел его на стене в Нукусе - волной счастья, открытости, смелости картин Кашиной. Это такой "небесный Узбекистан", такой, каким он может быть был в конце 1920-х, а может быть это все было только внутри этой девушки.
Кашина Надежда Васильевна (1896-1977). Музей им Савицкого. Нукус, май 2012     


Collapse )

Михаил Иванович Курзин. Еще один из русских переселенцев в Узбекистане 1920-х. Очень пострадал во время репрессий, в Музее его работы особенно выделяют, в фильме "Desert of forbidden art" Курзин основной автор, как бы представитель, голос своей плеяды. Мне лично в Музее очень понравилась его графика, живопись оставила тягостное впечатление безусловно очень талантливого художника, но не все его работы были мне близки.
IMG_0571 курзин
-
IMG_0570 курзин

Collapse )


В книге Ольги Осиповны Ройтенберг "Неужели кто-то вспомнит что мы были" довольно много репродукций художницы Валентины Петровны Марковой. Мне они никогда не нравились, ну что поделать?! Когда мы попали в Музей, Маркова оказалась одним из главных моих открытий. У нее в картинах есть такой удивительный золотой свет и тонкость, это сразу видно "вживую", на репродукциях этого я не видел. Маркова - таже компания, что и Коровай, и Курзин, тоже член объединения "Мастера нового Востока", она мне теперь нравится гораздо больше остальных. Душераздирающая история ее жизни (ну например , несколько фотографий из книги Ройтенберг, и, конечно, золотистые картины в Нукусе - это потрясающее открытие!

IMG_0564 маркова
-

IMG_0562 маркова

Collapse )


Алексей Владимирович Исупов (1889-1957) в 1915-1923 жил в этих краях, служил в армии, в 1926 эмигрировал в Италию. Эту работу "Восточное кафе" датируют 1914-1921 - почти всем временем пребывания художника в Туркестане. Как и почти про все работы в Музее - хочется написать "Какая красота!", но это, конечно, и так понятно...

IMG_0599 Исупов Алексей Владимирович (1889-1957) Музей им Савицкого, Нукус май 2012

Вот главный художник собрания Музея им Савицкого: Евгений Александрович Лысенко (1903-?) Из книги "Авангард, остановленный на бегу": "Приезжает в Ташкент в 1918 году, откуда - неизвестно. Работает проводником на железной дороге. Увлекается живописью, учится в художественной студии в Ташкенте. В 1919 году уезжает в Москву, где около двух лет занимается у А. Тышлера. В конце 1920-х годов Лысенко вернулся в Ташкент. Большая часть картин и рисунков художника погибла. (...) Произведения Евгения Лысенко были найдены И.В. Савицким в плачевном состоянии - без подрамников, сложенные много раз, как куски обычной ткани. По словам Савицкого, Лысенко долго и тяжело болел, был разбит параличем. Скончался он на руках у сестры где-то на Волге, куда был увезен ею." Это все, что известно об этом гениальном художнике. От него осталось только 4 или 6 работ, они все в Нукусе. Видимо из-за особенностей существования музеев в советское время Савитский был вынужден придумать искусствоведческую легенду, интерпретацию картин Лысенко как "предостережение, предчувствие бедствий, которые принесет миру фашизм". Эта интерпретация так и прилипла к картинам, о них так и рассказывают сегодня. Очевидно работы Лысенко имеют какой-то космический масштаб, все они очень важны для мирового порядка что ли, это чувствуется сразу. Если по репродукциям можно было сравнить стиль Лысенко с филоновским (по сложной структуре, переплетению сюжетов и форм и т.д.), то вживую Лысенко ни на кого не похож, это абсолютно самобытный художник, его работы - какие-то биологические, их структура - как структура листа или стебля травы. Вглядываясь в эту структуру, чувствуешь сложность и тонкость устройства мира, не имитацию жизни, а саму жизнь. Прямо в этих картинах, серьезно! У картин Лысенко мы встретили реставратора Музея - Альвину Шпаде, которую видели в американском фильме. Она много лет работала над картинами Лысенко, реставрировала их акварелью, для нее этот художник очень много значит, а сама Альвина показалась нам очень добрым, открытым человеком. Уверен, на такой работе не может быть других людей.

IMG_0603 лысенко

Collapse )
IMG_0602 лысенко
-
IMG_0601 лысенко
-
IMG_0600 лысенко


Алексей Федорович Подковыров (1889-1957). Этот стенд находится почти напротив работ Лысенко, никак с ними не пересекается, это художник совсем другого толка, но как удивительно и замечательно, как в букете что ли, видеть в одной экспозиции таких разных, непересекающихся художников! И так везде в Музее - все очень разные, и это огромное достоинство коллекции и времени, в котором создавались эти работы.
IMG_0607 Подковыров Алексей Федорович (1889-1957) Музей им Савицкого. Нукус, май 2012

Моргунов Алексей Алексеевич (1884-1935). За углом экспозиция художников "Бубнового валета", а при входе в их зальчик стенд этого замечательного московского художника, тоже из "Бубнового валета", и из "Бытия", и из "Ослиного хвоста"...

IMG_0609 Моргунов Алексей Алексеевич (1884-1935) Музей им Савицкого, Нукус, май 2012

Collapse )

Мазель Рувим Моисеевич (1890-1967) и Ульянов Николай Павлович (1875-1949). Мазель очень запоминается, портреты Ульянова я еле вспомнил, искал их в книгах. Оба художника жили после Туркестана в Москве, оба побывали за границей - в Италии и Германии, а я побежал дальше смотреть "Бубновый валет".

IMG_0610 мазель и неизвестно

Collapse )
IMG_0630 Объединение Бубновый валет. Музей им Савицкого, Нукус, май 2012
-
IMG_0629 панорама с бубновым валетов


Художник Александр Васильевич Куприн. Как на параде.

IMG_0613 Куприн Александр Васильевич (1880-1960). Музей им Савицкого. Нукус, май 2012

Художник Осмёркин Александр Александрович.

IMG_0614 Осмёркин Александр Александрович (1892-1953). Музей им Савицкого, Нукус май 2011

Григорьев Николай Михайлович. Кажется, это не Бубновый валет, но неважно. Очень интересно

IMG_0615 Григорьев Николай Михайлович (1880-1943). Музей им. Савицкого. Нукус, май 2012

Художник Рождественский Василий Васильевич.

IMG_0624  Рождественский Василий Васильевич. Музей им Савицкого. Нукус, май 2012
-
IMG_0618 Рождественский Василий Васильевич. Музей им Савицкого. Нукус, май 2012
-
IMG_0617 рождественский

Вот менее наверное известный художник - Сергей Александрович Богданов, в том числе учился у Рождественского. У него в Музее целая стена, справа Осмеркин, Рождественский, Куприн, слева - Фальк. Но мне показалось, он ничем не уступает этим великим художникам, две большие картины с девушками - одни из моих любимых почему-то.

IMG_0623 Богданов Сергей Александрович (1888-1967) Музей им Савицкого. Нукус, май 2012
-
IMG_0622 богданов
-
IMG_0621 богданов снизу

Небольшой очень красивый пейзаж Бурлюка:

IMG_0625 Бурлюк Музей им Савицкого Нукус май 2012

остальное - художник Роберт Рафаилович Фальк.

IMG_0627 Фальк Роберт Рафаилович (1886-1958) Музей им Савицкого, Нукус, май 2012
-
IMG_0626 фальк

Саша Балашов «Действительность поставангарда» лекция в библиотеке им. Тургенева

БАРТО РОСТИСЛАВ НИКОЛАЕВИЧ. ЧИТАЮЩИЙ ЖУРНАЛ. 1928

Лекция «Действительность поставангарда»  состоится в четверг 27 декабря в 20.00 в зале Тургеневской библиотеки.

Название лекции полностью совпадает с названием той, которая состоялась 29 ноября, и это означает, что мы снова вернёмся на выставку «Поставангард» и продолжим обсуждение работ, которые экспонировались на ней, но остались за пределами нашего внимания. Мы завершим разговор о том, почему искусство 1920-х – 1930-х годов так непосредственно, ясно и прямо обращается к нашему времени, почему оно так понятно нам и так открыто перед нашим временем, как будто апеллирует к одному из измерений современности, одной из живых составляющих современной культуры, как будто со времени его создания не прошло почти сто лет. Это будет разговор о непрерывности одной из культурных традиций русского искусства или культурного текста, разговор о непрерывности одного из живых языков русской культуры.

Именно тема «непрерывности» художественной речи, истоки которой видятся в искусстве 1910-х – 1920-х годов, заставляют нас обратить особое внимание на творчество художников-ровесников века в 1950-х – 1960-х годах и даже позже, в 1970-х – 1980-х годах. Их работы этого периода собираются в удивительное явление в культуре России ХХ века, ожидающее понимания и осмысления.

«Собираются» – ещё одно ключевое слово, которое требует специального пояснения. Говоря об искусстве поставангарда, мы часто упоминаем, что помимо музеев, значительная часть этого культурного наследия находится в частных коллекций. На выставке «Поставангард»  все работы представляли одно корпоративное и несколько частных собраний. Как правило, информация об этих собраниях появляется очень ограниченно. Мы поговорим о современных коллекциях, о коллекционировании, о смыслах, которых скрываются за самим словом «коллекция» – владение, хранение, открытие, ответственность, трансляция и прочая. Возможно, в этой части нашей встречи мы перейдём от теории к практике. Это будет новогодняя встреча. Поэтому будут сюрпризы.

Если говорить на профессиональном языке, я бы сказал, что главной темой новой беседы станет вопрос о методологии исследования: большинство современных работ по истории вопроса, описывая художника, или группу художников, или художественное явление, стремятся включить его в уже существующую классификацию, найти для него существующий разряд, название, приписать его к существующему списку имён, чтобы создать видимость понимания или, точнее, понятности, ясности, что такое этот факт культуры в существующей модели истории и существующей терминологии, как он укладывается в принятую систему фактов, никаким образом не нарушая её порядка. Современная историческая наука, как правило, стремится подчинить факт принятой системе, вместо того, чтобы разглядеть в нём индивидуальность и своеобразие, позволяющее исключить его из порядка существующих классификаций. Две культурные тенденции противостоят одна другой в современном мире, одна из них отражает намерение объединить все факты культуры и по возможности интегрировать их в единую иерархическую систему, другая больше внимания уделяет различиям между культурными фактами и стремится подчёркивать индивидуальность и уникальность культурного события.

Мы наблюдали эти тенденции в искусстве ХХ столетия и сегодня словно становимся свидетелями продолжения этого исторического конфликта – история уже написана или она продолжает создаваться?

Ничто не случилось раз и навсегда и история – это только взгляд в одно время из другого, и не известно, на чём он задержится сегодня.

Мы будем говорить о реальности присутствия искусства поставангарда в нашем мире.
СБ

Узбекистан. Нукус. Государственный музей искусств имени И. В. Савицкого. май 2012. Часть 1

В мае 2012 мы съездили в Узбекистан. Для нас в этой поездке должны были совпасть обычные туристические интересы, мы ехали посмотреть страну, древние знаменитые города, странную, непривычную для нас природу, может быть найти приключения, и, конечно, преодолеть иррациональный страх обычных туристов перед нетуристическими, по крайней мере не типичными для нас способами путешествовать. Также нам очень хотелось увидеть знаменитый музей искусств имени И.В. Савицкого в Нукусе, у нас там были дела.

Для нас, как и для многих интересующихся русским искусством 20 века, этот музей – легенда. Обычно рассказ о нем был короток и поражал воображение: «Представляешь, где-то в самой дальней части Узбекистана есть автономная республика Каракалпакистан. Столица республики – центр экологической катострофы, там пустыня - дно высохшего аральского моря, до сих пор остались ржаветь в песках огромные корабли. Так вот, в центре этого города есть большой музей, самая лучшая коллекция русского авангарда 20 века в мире (в некоторых рассказах говорят – после Русского музея). Был такой Савицкий, так вот он вагонами спасал туда искусство, никому ненужное в Москве и запрещенное, и там бережно хранил. Целые наследия удивительных, может быть совершенно гениальных художников там хранятся, и как их теперь увидеть – большой вопрос».

Такая вульгарная история часто повторялась уже нами самими. Мы купили через интернет изданный в 1989 году альбом о Нукусе – знаменитую книгу «Авангард, остановленный на бегу». Наверное, это самая лучшая книга о Музее Савицкого до сих пор.  Очень хорошая вступительная статья Е.Ф. Ковтуна – искренняя и информативная. Параллельно с текстом статьи идут фотографии и документы – тексты писем, заявлений, воспоминаний художников. Наверное здесь – начало легенды: тексты так переплетаются, создают такую очевидную картину совсем недавней очень жестокой, но и такой эпической борьбы Добра со Злом: гибель и выживание, верность и предательство, слава и забвение, вера и отчаяние, любовь и ненависть конечно и Бог знает, что еще – все это досталось в 1920-30-е людям по-людски, и одновременно художникам в профессиональном отношении.

av_stopped

Вторая статья посвящена основателю музея Игорю Витальевичу Савицкому, абсолютно легендарному персонажу этого эпоса. Статья написана действующим директором музея, преемницей Савицкого М.М. Бабаназаровой. Она в национальном наряде каракалпаков позирует на одной из фотографий альбома, это когда легенда одного народа соединяется с легендой другого. Наверное мы не ошибемся, если скажем, что в музее царствует культ личности Савицкого, он являлся не только коллекционером живописи русских художников, он организовал большую археологическую работу в Узбекистане, его вклад в исследование истории региона - огромный.     

Основная часть альбома – иллюстрации, репродукции картин. Важный момент – о многих художниках в краткой биографической справке сказать почти нечего, как например об авторе главных наверное экспонатов музея - Евгении Александровиче Лысенко. Где он родился, где он умер, что с ним происходило – почти неизвестно, биографии практически не существует. Осталось 6 картин, каждая из которых – абсолютный шедевр, особенно «Бык» - фактически символ музея, работа какого-то космического значения...

Важно, что в альбом вошли совершенно разные художники, это бросается в глаза и это особенно вызывает уважение к коллекции, собранной из совершенно разных художественных течений и стилей. И работы не конфликтуют между собой, а наоборот, дополняют.

Книгой в книге, или, точнее, альбомом в альбоме, представлены видовые фотографии достопремичательностей Узбекистана: от брошенных в пустыне кораблей Муйнака до Хивы и  каракалпакских крепостей. Почти все это мы увидели своими глазами, проехав Узбекистан от Нукуса до Ташкента.

Пожалуй, перед описанием нашего путешествия стоит еще упомянуть американский фильм «The desert of forbidden art» и тот прискорбный факт, что это единственный известный за пределами Узбекистана документальный фильм о музее Савицкого. Этот фильм доступен сегодня для скачивания в интернете на английском языке без перевода. Кажется, в Москве в ГМИИ Пушкина проходил чуть ли не закрытый показ этого фильма, это кино, как и вся волшебная легенда, осталось достонием только посвященных, людей, которые специально собирают информацию о коллекции Савицкого.

Мы, посмотрев это кино, были немного разочарованы – фильм повторял вульгарную (но конечно захватывающую) историю о художественном Эльдорадо на краю света, рассказывал конечно о коллекционерах, прибывающих в Нукус на собственных самолетах со всего мира, которые тщетно обивают порог музея, о Савицком, немного историй обретения работ Курзина и Лысенко, но в фильме почти не было самих картин и почти не было самих художников. Когда камера случайно скользила по стенам, мы внимательно вглядывались и вылавливали знакомые по книге работы, гадали, сколько и что там еще есть... Несмотря на поверхностность и обобщения фильма, замечательно, что он существует, но совершенно очевидно, что надо снимать дальше, и авторы будущего фильма должны найтись именно в России, это очень важно!

Собираясь в Узбекистан, мы не чувствовали уверенности и вообще четкого понимания, что нам ждать от этой нетуристической сегодня страны. Мы что-то слышали про «улочки Самарканда», удивительный свет, необычную природу, но в то же время бедность и коррупцию.

В Нукус летают самолеты из Москвы, как и в Ургенч, Бухару, Самарканд и Ташкент. Все они ужасно дороги. Мы решили лететь в Самарканд (Ташкент мы фактически пропустили), так как от этого города мы ожидали особенных красот, и там было удобно начинать и заканчивать путешествие. 

Летели хорошо, не очень весело было в аэропорте Самарканда – чувствовалось напряжение и недоброжелательность на таможне, от которой мы уже здесь в Москве отвыкли (на обратном пути, чтобы пропустить какой-то баул, один из пассажиров засовывал офицеру деньги), у выхода из аэропорта на нас набросилась толпа таксистов, от этого мы тоже начали отвыкать, на одном из них мы доехали поздно ночью до гостиницы, которую заранее забронировали. Этот же таксист плохо поменял нам денег – где-то в отчетах мы прочли, что деньги нужно менять именно у таксистов, опыт показал, что деньги можно менять у кого угодно.

Полдня мы гуляли по Самарканду и днем на поезде должны были ехать в Ташкент, чтобы сесть на самолет в Нукус. Конечно, лучше бы он летел из Самарканда, но так все устроено, и так мы спланировали нашу поездку.

Мы очень беспечно отправились на вокзал без билетов за примерно сорок минут до отхода поезда. Конечно, мы сильно удивились забитыми народом кассам, очереди нет, все лезут к окошкам! Это когда-то было в Москве, но уже очень давно. Каким-то чудом мы все-таки попали на поезд, чувствовали себя иностранцами в Советском Союзе, и вообще  ощущение Советского Союза не покидало нас до конца поездки.

Я боюсь летать, и ждал, что самолет из Ташкента в Нукус окажется каким-нибудь ржавым «кукурузником», но все оказалось идеально. Новый хороший самолет, хороший полет.

Надо сказать, что Нукус все-таки большой город, столица республики, таксист отвез нас в «музейную» дорогую гостиницу (60 долларов на двоих) «Жопек Жоли»          

В гостинице Жопек Жоли в Нукусе, май 2012

-

Гостиница Жопек Жоли в Нукусе, май 2012

При гостинице есть нормальный ресторан, номер можно сказать роскошный, есть не только горячая вода, но и кондиционер, все чисто, всюду висят картины. На ночь мы посмотрели идиотский фильм «Стравинский и Коко» по одному из тысячи спутниковых каналов. Для нас это было странно – мы ведь где-то совсем далеко в пустыни, в дальнем углу Узбекистана...

На следующий день мы отправились в Музей. Это квартал от гостиницы. Видимо для города, а может быть и для республики Музей – это центр, какой-то загадочный храм непонятно чего. Советская архитектура, пустые декоративные газоны и чахлые посаженные деревца вокруг – ощущение советского монумента. Это новое впечатление только усиливало легенду.

Музей им. И.В. Савицкого в Нукусе, май 2012
-

Музей им. И.В. Савицкого в Нукусе, май 2012

Музей им. И.В. Савицкого в Нукусе, май 2012

Вот улица прямо напротив Музея:

Нукус, май 2012

Нукус, май 2012

Вообще о самом городе стоит сказать отдельно. Нукус чистый, конечно сравнительно бедный, много детей в чистеньких белых рубашках, за Музеем – колесо обозрения и парк, там вечером гуляют молодые ребята, влюбленные, мамы с колясками, лущат семечки, болтают на скамейках. Наверное тут спокойно. Город (та часть, которую мы видели) устроен ровными квадратами, есть конечно рынок и автобусная станция. На рынке позже мы меняли деньги, в Узбекистане в буквальном смысле огромное количество денег, сто долларов – это внушительная пачка, завернутая в полиэтиленовый пакет.  

Нукус, май 2012

-

Нукус, май 2012

-

Нукус, май 2012

-

Нукус, май 2012

-

Нукус, май 2012

-

Нукус, май 2012

Нам сказали, что через несколько дней начинается национальный праздник, Музей будет (или может быть) закрыт, все будут заняты.  Кстати, именно из-за этого мы начали свое путешествие по Узбекистану от Нукуса, а не только из-за традиции «сделай дело, гуляй смело».

Мы хотели обратиться к администрации Музея с вопросом о наличии в их коллекции работ Льва Аронова, Николая Прокошева и других художников круга Группы пяти. Наша поездка была чисто туристической, но тем не менее помимо открытой экспозиции нам очень хотелось увидеть и узнать о работах  интересующих нас художников.

Мы входим в Музей. Огромное, как ЦДХ, здание внутри кажется небольшим. Мы покупаем билет и разрешение на фотосъемку и каким-то образом тут же знакомимся с научными работниками. Рассказав о цели визита, через 3 минуты попадаем к директору – Маринике Бабаназаровой, женщине в традиционном костюме каракалпаков из нашего альбома.

У нас есть официальный запрос российской Ассоциации искусствоведов по поповоду наших художников, мы отдаем письмо, нам обещана помощь, о запасниках не может быть и речи, но справку о наличии работ нам дадут. Директор Музея, мы видели ее в фильме, произвела на нас очень хорошее впечатление. Учитывая сложные политические и экономические условия Музей живет, выживает, готовит выставки, дай Бог им удачи. Может быть у нас сложилось ошибочное представление, но ведь республика Каракалпакистан известна в мире двумя вещами: катастрофой Аральского моря и Музеем Савицкого, поэтому может быть этот музей – какая-то помощь жителям этой странной республики, их связь с мировой культурой.    

В музее им. Савицкого, май 2012


Нам устроили небольшую экскурсию, но позже мы очень внимательно изучали экспозицию, так получилось, что отсняли все до единой стены с картинами. Посетителей немного, в основном это туристы из западной Европы, экскурсии школьников и множество девушек, которые мыли все, что можно мыть перед надвигающимся национальным праздником. Инспекцию проводила реставратор Музея Альвина Шпаде, настоящий герой и в прямом смысле спасатель коллекции. Мы немножко поговорили, в основном о реставрации работ Лысенко, эта женщина показалась нам очень скромной, простой и доброй. Позже мы купили католог выставки ее живописи. Думаю, это удивительные ощущения – писать, заниматься искусством, когда тебя окружает одна из лучших в мире художественных коллекций...

Художник и реставратор музея им. Савицкого Альвина Шпаде

Экспозиция Музея – два этажа. На первом этаже – администрация, магазин, столовая. По большой лестнице от входа мы поднимаемся на второй этаж к экспозиции археологических находок и истории культуры древних каракалпаков. Слева – выставка картин. Мы поднимаемся на третий, основной этаж. Экспозиция – по кругу, начинается с небольшого зала копий египетских и античных статуй, мы это пропустили, дальше зал работ Игоря Витальевича Савицкого, его личные вещи.      

Музей им. Савицкого. Работы Игоря Витальевича Савицкого, май 2012

-

Музей им. Савицкого. Работы Игоря Витальевича Савицкого, май 2012

-

Музей им. Савицкого. Работы Игоря Витальевича Савицкого, май 2012

Всюду в Музее развеска плотная, бедное оформление картин. Но, если учесть объем коллекции, состояние большинства экспонатов, все так и должно быть на экспозиции – нужно выставить максимальное количество работ, как бы они ни были оформлены
Естественно на экспозиции большая часть места – для узбекских и восточных мотивов - работы Волкова, Карахана и Урала Тансыкбаева

Музей им. Савицкого. Александр Николаевич Волков (1886-1957) Арба, 1924. Нукус, май 2012


Александр Николаевич Волков – наверное его работ в экспозиции Музея больше всего, есть ранние, есть более поздние, есть графика.

Музей им. Савицкого. Работы Александра Николаевича Волкова (1886-1957). Нукус, май 2012

Collapse )

Музей им. Савицкого. Работы Александра Николаевича Волкова (1886-1957). Нукус, май 2012

Collapse )
Музей им. Савицкого. Работы Александра Николаевича Волкова (1886-1957). Нукус, май 2012

Collapse )

Музей им. Савицкого. Работы Александра Николаевича Волкова (1886-1957). Нукус, май 2012

Collapse )
Музей им. Савицкого. Работы Александра Николаевича Волкова (1886-1957). Нукус, май 2012

-
Музей им. Савицкого. Работы Александра Николаевича Волкова (1886-1957). Нукус, май 2012

-
Музей им. Савицкого. Работа Александра Николаевича Волкова (1886-1957) слева и Николая Георгиевича Карахана (1900-1970) справа. Нукус, май 2012

Урал Тансыкбаев. С ранними работами этого художника связана еще одна легенда: Савицкий пришел в мастерскую уже немолодого Тансыкбаева, художника, известного своими соцреалистическими, официальными работами. В результате их общения коллекция Музея пополнилась невероятной красоты и смелости ранними работами этого художника, о существовании которых никто и не подозревал.



-

Музей им. Савицкого. Работы Урала Тансыкбаева. Нукус, май 2012

Collapse )
Музей им. Савицкого. Работы Урала Тансыкбаева. Нукус, май 2012

Collapse )

Николай Георгиевич Карахан (1900-1970)

Музей им. Савицкого. Работы Николая Георгиевича Карахана. Нукус, май 2012

Collapse )
Вот еще "восточные художники", в том числе О. К. Татевосьян и Г. Никитин...
Музей им. Савицкого. Работы О. Татевосяна и Г. Никитина. Нукус, май 2012

Collapse )
Путаница Рождественских -  Рождественский Владимир Леонидович (1897-1949), Рождественский Василий Васильевич (1884-1963), художник Колыбанов Сергей Сергеевич.

IMG_0586 Рождественский Василий Васильевич (1884-1963), Рождественский Владимир Леонидович (1897-1949) Колыбанов Сергей Сергеевич. Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012


Еще Колыбанов

IMG_0588 Колыбанов Сергей Сергеевич. Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012


Еще Владимир Леонидович Рождественский и художник Алексей Михайлович Ган

IMG_0585 Ган Алексей Михайлович (1893—1942) и Рождественский Владимир Леонидович (1897-1949) Музей имени И.В. Савицкого, Нукус, май 2012

Вообще узбекская часть коллекции – конечно самая яркая и представительная, она будет всегда занимать большое пространство Музея просто потому что надо как-то оправдать такое невероятное количество русских, особенно московских художников в таком необычном месте. Да, действительно, Узбекистан был частым источником вдохновения для русских художников, которые приезжали сюда из холодного и голодного северного мира, многие здесь остались жить, многие работали и преподавали, многие провели годы эвакуации во время войны, все это так, но нас тянуло увидеть более знакомое по настроению искусство, три дня возвращаясь в Музей мы все меньше времени проводили у «узбекских» картин, хотя они так поразительно красивы и тонки...

Музей им. Савицкого. Нукус, май 2012

Саша Балашов. «Георгий Щетинин. Похождения Крылатого»


Саша Балашов. «Георгий Щетинин. Похождения Крылатого»

09 декабря 2011 20.30 Москва Хохловский переулок дом 7 Китай-город

Георгий Александрович Щетинин известен как художник книги, мастер промграфики, педагог; он также автор интересных мемуаров, в том числе (и, наверное, прежде всего) воспоминаний о Павле Филонове, с которым встречался в 1940 году. Но к пониманию значения творчества этого художника в искусстве ХХ века искусствознание даже не приблизилось. Щетинин – удивительный мастер, я всерьёз полагаю, что его работы 1960-х – 1980-х годов стали для русского изобразительного искусства тем, чем для словесности оказались произведения Александра Солженицына; открытие в искусстве неискусственного пространства, не рассказ о правде, а сама правда, тяжёлая, некрасивая, звериная, и, главное, создающая новые форматы эстетики художественного высказывания, становящаяся способом видения неэстетизированной реальности, становящаяся этикой жизни русского художника.